И тут из-за скал за их спинами донеслось зловещее эхо далекого воя.

— Надеюсь, они сумеют благополучно добраться домой, — поежившись, пробормотал Львинолап.

— Успеют, — уверенно ответил Ежевика. — Они знают эту территорию не хуже любого горного кота.

Воробушек приблизился к брату с сестрой, почуяв терпкий запах леса. Вскоре трава под его лапами сменилась мягким ковром из листьев. Даже пронзительный ветер перестал цепляться за шерсть, как только стволы деревьев обступили котов со всех сторон. Остролапка со всех лап рванулась вперед, будто уже чувствуя в воздухе дыхание родного озера. Но Воробушек не разделял ее радости. Ему вдруг захотелось снова очутиться в предгорьях. По крайней мере, там звуки и запахи не терялись за деревьями и в зарослях травы! В этом незнакомом лесу он чувствовал себя совершенно слепым.

— Осторожнее! — слишком поздно крикнул Львинолап, и Воробушек обеими лапами запутался в густой ежевике.

— Мышиный помет! — он попытался освободиться, но ежевика плотно обвилась вокруг его лап, будто хотела поймать в ловушку.

— Не дергайся! — бросилась на помощь к брату Остролапка.

Воробушек подавил досаду и покорно позволил Львинолапу вызволить себя из зарослей. Остролапка вывела его на траву и подтолкнула вперед, подальше от колючего куста.

— Мерзкая ежевика! — пробурчал Воробушек, бросаясь вперед. Он совершенно не представлял себе дорогу, но отчаянно пытался не показать этого даже брату с сестрой.

Львинолап и Остролапка молча заняли свои места по обе стороны от брата. Едва заметным прикосновением усов Остролапка предупреждала Воробушка о зарослях крапивы и прочих препятствиях, а когда дорогу им преградило поваленное дерево, Львинолап шлепнул брата хвостом по спине, приказывая остановиться, затем перебрался через ствол и указал путь Воробушку.

Воробушек смирился. Царапаясь о кору, он послушно перелез на другую сторону. Одна мысль не давала ему покоя: «Неужели пророчество может касаться и слепого кота?»